Июл 25, 2010

Рубенс Баррикелло: "Я всегда хотел так работать"

Вопрос: В своей карьере вы когда-нибудь играли роль разработчика? Инженеры прислушиваются к мнению гонщиков, проблемы решаются, мы постепенно движемся вперёд, и я с оптимизмом смотрю в будущее. Команда Williams добилась серьёзного прогресса в последних гонках. Мне кажется, что нам нужно решить несколько актуальных проблем, прежде чем думать о 2011-м. Рубенс Баррикелло: Да, сначала мы не были так хорошо знакомы. Я действительно доволен. Рубенс Баррикелло: Да, и она свидетельствует об усилиях, которые предпринимает команда. Red Bull, Ferrari и McLaren очень конкурентоспособны, они выступают на другом уровне, но путем постепенных доработок мы можем сделать большой шаг вперёд до конца сезона. Рубенс Баррикелло: В стабильности на торможении, в динамике разгона на выходе из поворотов. Рубенс Баррикелло: Многое зависит от состояния трассы. Если в воскресенье будет жарко, на асфальте останется слой резины после гонок поддержки. Для меня это ключевой фактор, важно, чтобы связь между гонщиком и инженерами на трассе и базе была безупречной. Рубенс Баррикелло: Машина действительно прибавила. Это хорошая позиция? Это постепенный процесс, сейчас контакт налажен. Что изменилось перед этим? Одни машины поехали быстрее, другие проиграли. Я участвую в доработке машины, и он пользуется результатами нашей работы. Команда видит, что мы движемся в верном направлении. Вопрос: Отношение со стороны команды изменилось? Рубенс Баррикелло: Я всегда был разработчиком, даже когда Михаэль Шумахер выигрывал за рулём Ferrari, я делал большую работу. Вопрос: Когда вы почувствовали этот прогресс? Во второй квалификационной сессии я проехал отличный круг, который, к сожалению, не удалось повторить в финале из-за гранулирования шин. Я занимаюсь этим не только для себя, но и для команды – я всегда хотел так работать, сейчас мои пожелания реализуются, и я получаю удовольствие от работы. Вопрос: Вам нравится быть в центре внимания, выступая за Williams? Вопрос: На старте вас опережают только Red Bull, Ferrari, McLaren и Кубица. На скоростях до 200 км/ч нужно добиться большего. Я потерял время в последнем повороте. Рубенс Баррикелло сыграл важную роль в этом процессе – на его замечания ориентируется команда при доработке машины, и опыт бразильца стал ещё одним фактором успеха… Вопрос: Рубенс, в Хоккенхайме вы уверенно прошли в финал квалификации, это свидетельствует о прогрессе команды? Машины Red Bull невероятно эффективны в скоростных поворотах, это даже невозможно сравнивать, а в Хоккенхайме машины Ferrari здорово прибавили в этом компоненте, хотя ещё в Сильверстоуне уступали. Мы поставили несколько аэродинамических новинок, они не сработали, и мы нашли причину. Но, сейчас гораздо лучший момент – команда действительно прислушивается к моим советам, так что я на правильном месте. Хоккенхайм – это совсем другая трасса, но мы не менее конкурентоспособны, чем в двух прошлых Гран При. Инженеры без серьезных проблем внедрили в конструкцию «выдувной» диффузор, доработали механику и аэродинамику, и в Хоккенхайме оба гонщика уверенно пробились в финал квалификации. Нико тоже считает, что машина серьёзно прибавила. Рубенс Баррикелло: Команда заверила меня в том, что мы можем строить машину для следующего сезона, продолжая доработку FW32 до достаточно поздних сроков. К сожалению, дожди по ходу уик-энда смывали резину. Вопрос: От этой машины ещё можно добиться большего? Вероятно, в дни проведения гонки, скажем, в Сингапуре, мы остановим доработку FW32 – как и у других команд, у нас существуют производственные ограничения. Рубенс Баррикелло: В Монреале. После этого команда стабильно прогрессировала. Вопрос: В чём ещё можно прибавить? Вопрос: У вас нет сомнений по поводу эффективности мягких шин в гонке? Мы тоже должны рассмотреть этот вопрос. Думаю, можно помечтать о местах сразу за первой шестёркой гонщиков. Рубенс Баррикелло: Я всегда выступал в больших командах, и рад, что сейчас меня мотивирует молодой Нико Хюлкенберг. Я не понимаю, почему это произошло, похоже, у двух Нико и Кубицы возникли те же проблемы.